nikolaevskiy78 (nikolaevskiy78) wrote,
nikolaevskiy78
nikolaevskiy78

Уильям Уоллес курдского мира

      По рекомендации прочел «Манифест демократического общества» легендарного курдского лидера и идеолога А.Оджалана. Ранее автор рассматривал курдский аспект проблематики Ближнего Востока, ориентируясь на работы М.С.Лазарева и Н.З.Мосаки и иные работы востоковедов.  Видимо пришло время «обратиться к истокам».
        Аналитик рассматривает факты и события, условия и предпосылки, но огромное значение играют взгляды, намерения и устремления людей, которые совершают исторические действия. Под влиянием конкретных условий обстановки, обстоятельств,  эти намерения и действия, на них основанные, приводят лидеров и последователей не запланированным, а зачастую прямо противоположным результатам. Существует достаточный перечень отрицательных примеров реализации политических программ и проектов, основанных на прогрессивной базе, но потерпевших неудачу в силу неверной оценки предпосылок, веса и влияния ключевых факторов, а также необходимых ресурсов.
        В этом плане оценка психологического портрета курдского лидера, используемых им методов и подходов, изучение идейного содержания его концепций, представляют конкретный практический интерес для анализа места и потенциала РПК в Сирийском конфликте, а также построения прогнозов его (конфликта) развития.

Психологический портрет
       Прежде всего, хочется дать субъективную оценку самого курдского лидера, который на страницах повествования подробно анализирует личную персональную историю.
      Старик в деревне характеризует юного А.Оджалана как «ртуть», которая постоянно «находится движении». Ребенок является, с одной стороны, нелюдимым (постоянно уходит в горы), с другой стороны, может собирать вокруг себя довольно многочисленные детские компании. Восприятие взрослыми односельчанами юного будущего лидера неоднозначно, скорее, в негативном ключе, детям не возбраняется, но и не рекомендуется часто играть в компании Оджалана. Оджалан настороженно относится к турецкой школе, она вызывает у него плохо контролируемый дискомфорт, успехи в школе невелики. Оджалан не только достигает успехов в помощи местному мулле, но и получает от него лестные отзывы «если так будешь двигаться, можешь скоро взлететь». Показателен момент, когда он собирает вокруг себя для религиозных действий много подростков. Он без проблем поступает на учебу в высшее учебное заведение. Штудируя во время учебы марксистское наследие, он не оставляет и изучение Корана. Он выучил наизусть 33 суры - это почти треть Писания.
      Таким образом, можно выделить в «психологическом портрете» курдского лидера следующие аспекты: энергичность, экстатическое рассуждение и мистицизм, лидерство не через силу и принуждение, а через смесь рассуждения и энергетики, стремление к внутреннему самосохранению, увлеченность, сплав образного и аналитического мышления, ассоциативная память, способность к индукции собственного состояния.
        Система взглядов А.Оджалана
        Генезис курдского народа Оджалан относит к периоду шумерских городов-государств и в дальнейшем рассматривает курдов как потомков хурритских этносов, т.е. как древнейших автохтонов региона. Это тенденциозное утверждение, поскольку исторически доказано, что курды – представители индоевропейской ветви, а в основе языкового строя курдов лежит мидийский язык. Однако оно позволяет курдскому лидеру дополнительно обосновать исторические претензии на обширные области Ближнего Востока. Такое обоснование через удревнение в протоисторический период представляется совершенно излишним. Имеется достаточно  свидетельств о давней принадлежности курдам их территорий. Дополнительные акценты на «праве первородства» и происхождении «от Адама» могут только осложнить (и осложняют) межэтнический диалог в этом взрывоопасном регионе.
       Помимо «самого автохтонного» курды, по мнению Оджалана, являются одним из самых архаичных народов региона. Он подробно рассматривает особенности родоплеменной, общинной организации курдского общества. Родоплеменные факторы в его понимании действуют непрерывно, они мало подвержены изменениям.  В этих факторах Оджалан видит как угрозу своему делу (курдского освобождения) по причине приоритета местечковых, частных  и клановых интересов над общекурдскими задачами, так и позитивные, перспективные  черты. Такая «неиспорченность» индивидуалистическим капитализмом позволяет этому обществу сформировать конгломерат самоуправляемы, единообразных и  связанных по сетевому принципу ячеек.
      Правильность данного суждения Оджалан подтверждает через различие между негативным для общего дела свободы индивидуализмом городских курдов и потенциальным социализмом курдов сельских. При этом в помощники он берет опять-таки глубинную историческую перспективу (напр. историю предателя своих соплеменников городского курда Энкиду в эпосе о Гильгамеше).
Центральная проблема курдов, по мнению Оджалана  - культурное угнетение, через размывание курдских ценностей и единого культурного поля. Дробление единого культурного поля позволяет историческим врагам курдского народа при необходимости осуществлять и безнаказанные акты угнетения физического.
        Феномен государства Оджалан оценивает как негативный. Он критикует К.Маркса за понимание государства как естественной «надстройки» над экономическими процессами. Формирование государства представляется им не как объективный факт, следствие объективных процессов, а, наоборот, субъективного стремления любых правящих элит к власти. Это стремление зависит не от общественной формации, а  от наличия потенциала у правящего класса, потенциала, который не ограничивается общественными контрольными механизмами.
       Поскольку данное стремление к власти есть признак общечеловеческий, характерный для любой формации и этноса, то в перспективе сообщества способны к масштабной внегосударственной демократической конфедерации из различных наций и этносов, взаимодействие между которыми регулируется системой многоуровневых советов.
       Свое обоснование эта позиция находит в анализе единства исторических задач и интересов курдского и турецкого народов. По мнению Оджалана правящий класс Турции всеми силами старался не допустить такого взаимопроникновения. Многочисленные попытки сформировать курдско-тюркский, курдско-турецкий проект неизменно наталкивались на неприятие властных элит Османской империи, а затем младотурков: от битв древности до Лозаннского договора  и до операций MIT и сил проекта «Гладио» (антитурецкого по своей сути).
       Исторические попытки курдов встроиться в систему окружающих Курдистан национальных государств Оджалан оценивает как безрезультатные. Они выливались в неприкрытое использование курдского народа в чужих интересах по причине вовсе не «исторической вражды» народов, а наличия феномена государственного аппарата принуждения, который просто не способен  и даже не предназначен действовать иначе как  в интересах узкой правящей верхушки.
       Феномен Иракского Курдистана Оджалан оценивает также преимущественно в негативном ключе. Поднимая для внешнего мира флаги национального курдского государства, это образование более столетия служит узкоплеменным клановым интересам элиты (де-факто одного племени), которая опирается на американскую, а ранее на британскую военную и финансовую мощь, и в итоге находится на службе у данных государств
       Позитивные аспекты родоплеменного фактора в решении курдского вопроса, по мнению Оджалана, можно развивать и усиливать не через трансформацию в государство, а через развитие семейных отношений, через возврат женщине равного места в семье и в обществе. Такое понимание сделает не только гармоничным все общество (посредством ликвидации угнетения на индивидуальном уровне), но и позволит резко повысить эффективность семейного хозяйства.
        Выводы
       А.Оджалана называют и социалистом, и марксистом, также иногда появляются абстрактные оценки его концепции как «левой», но с национальным уклоном. На самом деле ни по методу, ни по содержанию система взглядов А.Оджалана не является марксистской. Его взгляды представляют собой индивидуализированную анархическую утопию, в некоторых аспектах (сущность государства) сходную с воззрениями П.А.Кропоткина.
       Курдская проблема видится Оджаланом как результат последовательных и непрерывных событий. Представленная им ретроспектива весьма значительна по глубине (до 3000г до н.э.) и непрерывна. Факторы начала прошлого тысячелетия непосредственно коррелируются с факторами дня сегодняшнего. Цепочки факторов, причин и следствий могут уходить от 1925г к битве при Манцикерте и дальше. Такое представление неизбежно влечет к сложной и, как представляется, излишней подчистке и подгонке концепции курдского лидера. Широкое использование метода исторического детерминизма не позволяет Оджалану рассматривать в реалистичном ключе конкретные возможности для налаживания общественного межнационального диалога и ограничению потенциала в развитии новых форм общественной жизни курдов. Все процессы имеют, по его мнению, связь с прошлым, определяются им даже в деталях.
       Оценки государства у Оджалана содержат негативную коннотацию. Он фактически отказывается от метода исторического материализма, рассматривая государственную структуру как вневременную форму самоорганизации правящего класса на любом историческом этапе. Смена форм государственного устройства и государственной организации в зависимости от уровня развития производительных сил и производственных отношений не меняет целей создания и функционирования государства, которое априори не может служить интересам народа.
       Оджалан считает, что современная форма осуществления суверенитета через наделение государственных органов правоустанавливающими, праворегулирующими и правоохранными функциями может быть передана на уровень «советов» - сетевых структур народного самоуправления разного уровня («демократическая конфедерация»). Такая форма выражения суверенитета не является чем-то необычным в истории государственного права и имеет прецеденты в виде различного рода кантональных объединений (напр. Швейцария) и может иметь международное признание и быть наделено правосубъектностью. Хотя Оджалан и рассматривает ее в перспективе как трансграничную.
       Концептуальные противоречия
       Отрицание государства и последовательной смены его форм в зависимости от развития производственных сил и производственных отношений неизбежно должна привести последователей взглядов Оджалана к следующим противоречиям.
       а) Противоречие в вопросах общественной собственности. Распределение природных ресурсов неравномерно. Затраты на их извлечение и использование также неравномерны. Сетевое государство Оджалана неизбежно столкнется с традиционным вопросом распределения добавочного продукта, что в условиях «демократической конфедерации» потребует бесчисленного согласования и процедур.
       б) Сведение в единую управленческую модель обществ, которые находятся на совершенно разных этапах исторического развития. Фактически курдский идеолог предлагает населению развитых городских агломераций вернуться системе взаимодействия, схожей с системой древних городов-государств Месопотамии или купеческих городских союзов наподобие Ганзы. Но что делать, если сегодня города являются не самодостаточными организациями, построенными вокруг рынков, а многофункциональными агломерациями. С точки зрения администрирования общественных услуг сегодня невозможно применять одни и те же формы самоуправления и к г.Алеппо (2,5млн. населения агломерации) и к району Кобани (менее 100тыс).
       в) Усложняет такой процесс и механизм привлечения инвестиций,  развитие крупных проектов, постройку глобальных объектов инфраструктуры м т.п.
       Оджалан считает, что  современные производительные силы, можно перенести и развивать без современных форм производственных отношений. Это возможно только на бумаге. Практическая реализация переноса современных форм хозяйствования в общества архаичной культуры везде потерпела неудачу и вызвала в жизни серьезнейшие негативные последствия.
       Предлагая вернуть элемент управленческой архаики в общественную жизнь, Оджалан сам одновременно доказывает, что общества, построенные на архаичных принципах взаимодействия, не способны к принятию новых форм. История неоднократно демонстрировала, что переход к новым формам общественных отношений лежит, прежде всего, в сфере развития производительных сил. Предлагая оставить надстройку на уровне родоплеменных сообществ, Оджалан автоматически закрывает обществам путь в иные промышленные уклады, что делает их неконкурентоспособными перед внешними силами,  следовательно, рано или поздно зависимыми от них.
      Оджалан опять-таки сам подтверждает этот тезис, выступая за всемерное усиление роли женщин, как концептуальный шаг к изменению традиционных форм общественной жизни. Но сам признает, что традиционное общество не может предложить женщине в текущем состоянии производительных сил новые функции, и они находят их в совершенно уникальной форме «вооруженных женских отрядов».
     Оджалан считает, что курдские родоплеменные связи и взаимоотношения являются хорошим базисом для построения справедливой формы общественного устройства. Однако он сам долгое время описывает как именно родоплеменные связи стали главным деструктивным, ослабляющим фактором раздробленности РПК на местах,  причиной многочисленных поражений, не позволяли сплачивать части единого народа в разных государствах. Эта раздробленность показана  им между селами и районами, городом и деревней, между равниной и нагорьями, между пустыней и долиной.
      Формы взаимодействия в обществе, которые предлагает Оджалан, не учитывают ярко выраженного прозелитического характера исламского вероучения. При этом ислам является не только системой религиозных норм, но и разветвленной и веками выстроенной системой государственного и частного права. За столетия ислам нашел способы взаимного приспособления к развитию производительных сил, и сегодня  в целом способен обеспечить общество в международной конкуренции. Однако его характер не позволяет говорить о том, что в настоящее время, в регионе с подавляющим преимуществом населения, исповедующего ислам, даже теоретически возможны какие-либо формы, которые прямо противоречат его положениям или ограничивают прозелитический характер.
     Ислам прямо допускает мирное договорное взаимодействие с группами, принадлежащими к иным авраамистским религиозным направлениям («людям Книги»), но исключает такое взаимодействие с архаическими  формами религиозной жизни, основанными на анимизме, многобожии, поклонении стихийным силам. Это приводит к локальным трагедиям и неизбежной крайней консервации общественной жизни таких обществ на Ближнем Востоке.
     В этом плане курды единственный крупный народ Ближнего востока, который совмещает в себе языческие формы верования, христианство, а также исмаилитские сектантские формы шиитского ислама и суннитский ислам. Это возможно только через развитые родоплеменные взаимные неканонические уступки, но совершенно исключено в рамках глобальной модели.
     Оджалан чувствует это противоречие. Сложности в совмещении учения Пророка и индивидуального понимания Оджаланом «марксизма» вызывают у него  яркий внутренний диссонанс (по его словам вплоть до слез). Он стремится преодолеть его. В тоже время в оценках и выводах он в целом пытается руководствоваться  принципами и методами диалектического материализма. Он приходит к выводу, что ислам есть выраженная в религиозной форме общественная концепция, а марксизм есть выраженная в экономической терминологии концепция религиозная. С одной стороны, он наделяет марксизм религиозным содержанием, с другой искренне стремится быть мусульманином. Этот яркий диссонанс, несомненно, важный фактор в понимании этого человека. Такое восприятие допустимо в индивидуальном познании мира, но не может быть адекватно перенесено в реальный общественный дискурс, в основе которого лежит тысячелетняя исламская культура.
       В итоге утопическая концепция Оджалана об осуществлении народного суверенитета через безгосударственную форму «демократической конфедерации» неизбежно разбивается о реальное соотношение сил в мире, построенное на последовательном развитии производительных сил и производственных отношений, а приверженность национальным формам взаимодействия в курдском сообществе о степень религиозного восприятия на Ближнем Востоке.
        В этом плане интересно отметить, что за все время скитаний Оджалана по миру, настоящий приют он обрел не в Европе, не в Азии или Африке, а в Сирии во время правления Х.Асада – человека с сильной личной харизмой и со сложной идеологией из сплава арабского национализма, сектантства и социализма.
       Это делает идеологию РПК  локальной формой внутрикурдского общественного диалога, сетевой структурой самоорганизации общества, которая при наличии вооруженного потенциала может создавать проблемы традиционным государствам или использоваться внешними более структурированными силами в своих интересах.
       Неизбежно уступая по силовому потенциалу традиционным формам государственности, такая структура рано или поздно вступит в конфликт с потенциальным традиционным государством, которое рано или поздно будет создано и в самом курдском обществе, и рано или поздно проиграет его.
       Рабочая партия Курдистана не может рассматриваться как стратегический союзник в деле формирования и реализации политики каким-либо государством в регионе. Более того, взаимодействие с РПК может навредить построению долгосрочной стратегии и отношений с традиционными формами власти и центрами силы, а также осложнить широкие общественные контакты.
       Оджалан по своему психотипу представляет яркий пример «идейного вождя», но именно такой тип личности зачастую не приспособлен к конкретному администрированию и принуждению. Для этого ему необходим не просто соответствующий аппарат «принуждающих», но и делегирование принуждения. Это дает возможность уравновешивать и гасить конфликты, но не позволяет собирать в руках конкретные ресурсы, которые в таком случае концентрируются у окружения. Он может собирать вокруг себя слушателей и влиять на них убеждением и индукцией, но, после его ухода, требовать от них конкретных действий приходится «заместителям». Такое соотношение сил требует излишнего доверия от лидера к близкому окружению. В случае постоянного присутствия такого лидера к нему переходят судебные функции, в случае отсутствия он превращается в символ.
       В отсутствии идейного лидера влияние в партийных ячейках такой сетевой структуры неизбежно будет распределено между конкретными лицами и центрами, которые осуществляют конкретные силовые функции и наделены аппаратом и волей к принуждению. Это означает, в  это время на территории, так или иначе подконтрольной РПК, будут задействованы самые различные интересанты,  которые могут использовать разные группы в разнонаправленных и противоречивых интересах. Таким образом, представителей РПК можно привлекать к решению частных локальных задач, но нельзя рассматривать как силу, способную участвовать о системном общественном устройстве в традиционных формах. Не случайно, что  призыв А.Оджалана из турецкой тюрьмы к своим сторонникам об отказе от вооруженных форм противостояния, вызвал у последних открытое противодействие.
        В этом плане детище А.Оджалана -  РПК это неизбежный  потенциальный противник не только сирийского государства, но и любого традиционного государства в регионе, даже собственного курдского, которое формируется сейчас в Ираке.
        Оджалан – это Уильям Уоллес курдского мира и Ближнего Востока. Его судьба насыщена и трагична, как и судьба прототипа. Его окружение, как и окружение шотландского предшественника, предпочтет видеть в Оджалане мученика и вечного скитальца, которого можно вознести на флаг, но вряд ли будет радо появлению нового Уоллеса на вершине своей управленческой пирамиды.

       
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic
    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments