nikolaevskiy78 (nikolaevskiy78) wrote,
nikolaevskiy78
nikolaevskiy78

Важные аспекты Соглашений по Сирии и почему так важен вопрос водопровода в Дамаске

         В свете недавно заключенных Сирийских Соглашений о прекращении огня,  представляется целесообразным подробно рассмотреть особенности заключении подобных сделок и Договоров в регионе с учетом ряда конфессиональных аспектов.
        Прежде всего, следует рассмотреть и опровергнуть устойчивый миф, который циркулирует среди европейцев, о том, что договор между представителями мусульманского мира и не мусульманского мира является вещью формальной и его можно нарушить при удобном (выгодном) случае. Это не так.         

В Исламе Договор между людьми считается священным.
         «Исполняйте договор, поистине, за договор будет спрошено» (Аль-Исра, 34)
          «О те, которые уверовали! Исполняйте договоры» (Аль-Маида,1).
          «О те, кто уверовал! Почему говорите вы то, чего не делаете? Великую ненависть вызывает у Аллаха то, что говорите вы то, чего не делаете!» (Ас-Сааф, 2-3)
        «Выполняйте свои клятвы по отношению к тем, кому вы их дали, и не предавайте тех, кто предал вас» (ат-Тармизи «Саких», 1364)
        Высшей формой, которая используется при скреплении Договора, является призвание имени Аллаха. Это означает, что заключающий договор призывает Аллаха не только в свои свидетели, но и в поручители.
        “Будьте верны завету с Аллахом, если вы его дали; не нарушайте клятв после того, как вы их скрепите, ибо вы признали Аллаха своим поручителем. Воистину, Аллах ведает о том, что вы содеете” (Ан-Нахль, 91).
        Однако в этом случае европеец приводит такой перевод «Будьте обязательны в тех договорах, которые заключаете между собой, и не нарушайте клятвы, которые даете осознанно и убежденно, ведь вы ставите Всевышнего в положение поручителя. Воистину,  Аллах знаете все, что вы делаете». В таком переводе сразу возникает вопрос, что данные обязательства имеют высшую силу только при заключении Договора «между собой», но как быть, если Договор заключается НЕ «между собой»?
            Ответ на этот вопрос дают примеры из жизни Мухаммеда, его практические поступки по договорному взаимодействию.
«О, Абу Джандаль! Потерпи еще немного, смирись! Попроси у Аллаха Та`аля за это воздаяния! Поистине, Всевышний Аллах для тебя и для находящихся рядом с тобой слабых и одиноких мусульман создаст выход из этого положения. Мы заключили мирный договор с этим племенем и на этом пути дали им слово именем Аллаха. Они также поклялись нам именем Аллаха. Мы не можем изменить данному слову. Тем более, что нам никак не подобает нарушать данное слово!» (Ибн Ханбал,IV, 325; Ибн Хишам,III, 367). Этот хадис описывает Худайбийский  Договор (628г. н.э.), заключенный между Мухаммедом и племенем курайшитов, которое в целом в то время еще не присоединилось к его проповеди. Фактически Договор является примером обязательств между мусульманами и мушриками (многобожниками, идолопоклонниками). Не смотря, на всю эмоциональную сложность исполнения этого Договора, Мухаммед был непреклонен. Ибн-Ханбал, который приводит этот хадис, является основателем одной из крупнейших правовых школ в исламе (ханбалитского масхаба).
    Таким образом, приведенный пример свидетельствует, что в случае необходимости и целесообразности, возможен Договор между представителями Ислама и не только иных религий авраамистского типа, но и даже с представителями иных религий и этот Договор, раз уж он все-таки  заключен, подлежит исполнению наравне с остальными.
      Однако европейцы опять приводят тезис о том, что, мол, это положение касается ситуации в мирное время, а не во время войны, когда действует понятие «военная уловка», «военная хитрость».
     «Поистине, тот, кто гарантировал безопасность харбию и нарушив  убил его, тот совершил большой грех» (приводит хадис Ибн Хаджар аль-Хайтами). Поскольку харбий – это не просто представитель иной веры, но еще и тот, кто находится в состоянии войны, то это означает действительность договорных обязательств и по отношению к иноверцам в состоянии войны с ними.
      Таким образом, с точки зрения ислама, Договора и Соглашения, которые заключаются сегодня в Сирии в той форме и с тем составом участников, являются: а) возможными и допустимыми, б) обязательными к исполнению, в) не исполнение данных Договоров и Соглашений, подтвержденное объективными свидетельскими показаниями, является серьезным проступком, который может поставить под дальнейшую правоспособность лиц, его заключивших. Лица, которые заключили договор от имени т.н. «оппозиции» и которые считают себя сторонниками исламских канонов, нарушая договор, не просто становятся «нарушителями», они становятся «лицемерами», что фактически обнуляет их последующую правоспособность.
      Однако существуют и особенности, которые могут серьезно осложнить и вообще перечеркнуть практическую  реализацию Сирийских Соглашений.
  1. Запрет на совершение сделок с двусмысленными формулировками. В том случае, если стороны Договора по-разному в итоге понимают смысл того или иного пункта Договора, то это делает недействительным сам Договор. В этом плане важнейшее значение приобретают формулировки не только «прекращение огня», но и форм ведения боевых действий. Прекратить боевые действия не всегда равнозначно прекращению вооруженной борьбы. На Востоке под формами ведения войны могут подразумеваться: давление экономическое (препятствие торговле, снабжению, осуществлению правовых действий и т.д.), давление политическое. К примеру, в Заявлении противников Б.Асада указывается, что сирийское правительство не «останавливает натиск» и требует от жителей ряда селений сменить место жительства. До тех пор, пока ситуация не является напряженной, не находится «на грани», общие формулировки в Соглашении (по причине текущей выгоды) могут не рассматриваться как двусмысленные, однако, при обострении ситуации одна из сторон может сослаться на то, что происходит нарушение. А поскольку до этого (при заключении Договора) противоположная сторона не давала иной трактовки, то приоритетным оказывается смысл, вкладываемый первой недовольной стороной.
2.Запрет на сделки с получением выгоды в будущем, если данная выгода не может быть оценена сторонами как гарантированно получаемая при соблюдении условий Договора. Есть перечень действий, и есть их результат. Не может быть перечня действий с возможным результатом. Т.е. не может считаться правомерным такой договор, в котором при соблюдении его условий результат является гипотетическим или неопределенным. К примеру, Коран запрещает заключать Договор на будущий урожай, на будущий приплод домашних животных и т.п.. Это означает, что уже при заключении Договора стороны обладают всеми ресурсами, чтобы получить заложенный конкретный результат. Если у одной из сторон возникает достоверное сомнение в том, что другая сторона имеет возможности обеспечить результат Договора, то такой Договор можно считать не действительным. Именно поэтому противники Б.Асада заранее страхуются, делая в заявлении сноску на то, что есть «неспособность гаранта обеспечить условия выполнения Соглашения». Если не представить достоверных доказательств обратного, то т.н. «оппозиция» может выйти из Соглашения без какого-либо упрека со стороны местного населения. Это означает, что такие заявления ни в коем случае нельзя пропускать как «досужую риторику вечно чем-то недовольных»
          Более того, в этом случае становится понятным, что вовсе не обстрелы и действия в районах, где нет четкого разграничения между группировками, участвующими в Соглашении, а проблема с загрязнением системы подачи воды в Дамаск является центральной в дальнейшем развитии переговорного процесса. Если будет установлено, что система была загрязнена, а фактически отравлена, в результате намеренных действий со стороны группировок, которые участвуют в соглашении, что это означает их заведомую ложь (отравление произошло 23.12.) в желании прекратить «боевые действия». Аналогичная ситуация обстоит, если подтверждается, что система была загрязнена в результате обстрелов правительственных войск. Не могут быть стороной Соглашения группировки, или часть группировок, которые лишают население чистой воды. В этом случае руководство т.н. «оппозиции» должно снять запрет на действия правительственных сил против таких групп, против руководства таких групп. В любом случае, это является самой серьезной провокацией для срыва любого переговорного процесса в регионе. Аль-Фиджн это один из центров в Вади-Барада, который контролируется целым конгломератом вооруженных групп (от Ахрар аш-Шам, до Нусры).
       Вопрос об отравленной воде в Дамаске является важнейшим – его решение покажет, какая сторона совершала заведомо «лицемерные» действия и следовательно не может обладать полной правоспособностью к реализации Договоров. Именно в этом ключе  следует оценивать провокацию со стороны радикальных экстремистских групп в Вади-Барада перед самым заключением Соглашений, их действия направлены на то, чтобы лишить правительство Б.Асада правоспособности выступать стороной в соглашениях, где стороны призывают в свидетели и поручители самого Всевышнего, а именно с этой формулы и начинается текст Заявления т.н. «оппозиции»
  3.Запрет на сделки с наступлением последующих обязательств. Не является допустимым Договор, содержащий обязательства, которые приводят к наступлению последующих обязательств. Не имеет смысла Соглашение, в котором прописываются действия, в результате которых Стороны накладывают на себя обязательства, не привязанные к конкретному результату. Вы не можете обязать Сторону оппозиции заключить перемирие с последующим обязательством сесть за стол переговоров, результат которых неизвестен. Предполагаю, что именно поэтому существует не одно соглашение, а несколько, каждое из которых предусматривает отдельные обязательства.
  4.Отложенность сроков вступления в силу Договора. Согласно исламскому праву стороны могут отказаться от сделки в момент переговоров, но не после того, как они разошлись. Однако, в случае сомнений в выгодности Договора, одна из сторон имеет право на получение времени, в течение которого она может убедиться в реалистичности и правильности Договора. В этом случае прописываются действия и условия, после совершения которых Договор считается вступившим в силу, если стороны не заявят об обратном. Таким образом, если судить по той информации, которая поступает в СМИ, Сирийские Соглашения как раз и являются таким Договором с отложенным сроком. В течение определенного времени Стороны смотрят на совершение действий и наступление условий и до его истечения или во время истечения срока считают Договор вступившим в силу. В этой связи становится понятным, что утверждение о том, что стороны в сирийском вопросе ДОГОВОРИЛИСЬ не является действительным. Стороны на текущий момент в реальности не имеют Договора, который вступил в законную силу.
  5.Равнозначность письменной и устной формы Договора. Считается, что сторонам, при наличии свидетелей с обеих сторон, не обязательно вообще подписывать какие-либо документы. Положения могут быть зафиксированы, но это не является требованием. Это означает, что, поскольку Соглашение о прекращении боевых действий в Сирии являлось открытым для разных группировок, то после его письменной фиксации ничто не мешает и иным сторонам публично заявить о том, что они присоединяются к данному Соглашению. Собственно это сейчас и происходит, когда в целях политической конъюнктуры более мелкие группы присоединяются через публичные заявления к режиму Соглашений. Публичное заявление это заявление с открытым свидетельством (все слушающие – свидетели). При этом совершенно очевидно, что значительная часть группировок текста соглашений не читала. Что позволяет им очень вольготно трактовать его положения, а работа с каждой из них на разных направлениях может сделать переговорный процесс невыносимым, осложненным валом обвинений правительственных сил и гарантов соглашения, а в итоге безрезультатным.
      Все это лишний раз показывает, что традиционные подходы, привычные европейские формы взаимоотношений, а также реакции на различные действия сторон должны быть самым тщательным образом выверены с поправками на особенности в регионе. В этой связи представляется крайне целесообразным активизация участия представителей Египта в переговорном процессе, с привлечением представителей его всемирно признанных религиозно-правовых институтов. Многие положения и смыслы, которые закладываются в договорную базу, могут и должны быть скорректированы на восприятие всеми группами.
      Следует учитывать, что подавляющее большинство рядовых участников вооруженных формирований в Сирии, причем с обеих сторон, является простыми людьми, которые имеют очень общие представления о канонической договорной базе, но могут выступить самым резким и отрицательным образом против любых соглашений, если убедить их с том, что договоренности не соответствуют этим самым канонам, а противоположная сторона совершает заведомо «лицемерные» действия.

         Покровители радикальных групировок стремятся использовать конфессиональные и региональные особенности перговорного процесса как инструмент для лишения правительственных сил правосопособности.
        Их (покровителей) целевая аудитория это вовсе не европейцы, ООН или иной внешний мир, их аудитория - это арабский мир с его правилами, нормами и установками. Необходимо внимательно следить за этими провокациями и с максимальной аккуратностью купировать их, вовлекая в процесс Египет.

       
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic
    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments