nikolaevskiy78 (nikolaevskiy78) wrote,
nikolaevskiy78
nikolaevskiy78

И еще раз о целях России в Сирии

            По всей видимости, существует необходимость еще раз остановиться на целях и задачах, которые Россия ставит в Сирийской арабской республике. Дело в том, что слишком привычными сейчас являются рассуждения о том, что России необходимо занимать самую жесткую позицию по отношению к любым «антиправительственным» сторонам сирийского конфликта, а попытки реализации возможностей переговорного процесса рассматриваются как проявление слабости, намеренного «сливания» «Сирийского Проекта». Проводятся аналогии с Минскими Соглашениями и т.д. Однако такая позиция представляется, как минимум, странной.

Дело в том, что  Сирийская арабская республика никогда не являлась частью ни «русского» ни «советского», ни даже европейского мира. Сирия это неотъемлемая часть мира арабского, с его особенностями, конфессиональными и племенными сложностями, а также многогранной предысторией взаимоотношений в регионе. СССР, а теперь и Россия, является другом и союзником Сирии. В этом плане надо понимать, что «Сирийский Проект» по определению не может и не должен являться неким «Российским проектом», аналогом т.н. «Русской Весны», которой грезит значительное число интернет-пользователей. Сирийский проект это проект Сирии и сирийцев, в котором Россию пригласили помогать и конструктивно участвовать.
          В чем же заключается участие России, какие задачи и цели может ставить Россия, участвуя в его реализации? Прежде всего, действия и участие России в Сирии основано на Договоре от 1980г и приоритетной целью является не сравнивание с песком сирийских просторов, а совершенно конкретное договорное «восстановление мира».
          Для этого необходимо вспомнить, что масса нерешенных вопросов доставшихся в наследство Б.Асаду, послужила появлению вполне конкретных предпосылок и причин для гражданского противостояния. Эти причины и предпосылки находятся в сфере гражданских и экономических прав национальных меньшинств, этнических и конфессиональных диспропорций во внутренней политике и власти, особенностях силового аппарата САР. Другое дело, что внешние глобальные игроки смогли, как и в Украине, умело воспользоваться этими противоречиями. Довести эти противоречия до состояния «белого каления», превратив все силы на сирийской доске в шахматные фигуры и затем смешав их до состояния абсолютного винегрета. Сирия, как и ранее Ирак, превратилась в поле полной анархии и хаоса, страна, на конец 2015г, оказалась фактически раздроблена.
        В этой ситуации первая оперативная задача России в Сирии заключалась в сохранении признанного и легитимного режима как потенциального центра силы, а действия ВКС и дипломатии были призваны по возможности снизить непосредственное влияние глобальных игроков.
        Второй оперативной задачей стало доведение до понимания глобальных игроков, поддерживающих ситуацию хаоса, что военное решение сирийской проблемы, в их понимании (как минимум как смена режима) не является реалистичным.
      Третьей оперативной задачей было снижение потенциала  данного конфликта от глобального обратно к региональному.
        Четвертой оперативной задачей являлось разделение непосредственных участников данного конфликта на международные экстремистские группировки с участием международного капитала, наемников и ту сирийскую часть, которая преследовала в нем изначальные цели, поставленные во время начала гражданской войны. Экстремистов дожать и выдавить из страны, остальных пригласить за стол переговоров.
        Пятой оперативной задачей стало дальнейшее отделение  уже сирийской части на противостоящей стороне на договороспособную «умеренную» и недоговороспособную. На ту часть, которой нужна единая Сирия, и на ту, которой нужна разделенная страна. Первых пригласить уже для обсуждения проекта будущей конституции, а вторых либо склонить к конструктивной части, либо предоставить им возможность оставить проблемы власти в стороне.
      
          Ни в одной из указанных задач Россия не отказывалась от помощи в налаживании внутрисирийского диалога. Никогда не ставились задачи подавить силой все противостоящие режиму Б.Асада группы и течения.
        Невозможно силой устранить глобальных игроков, но можно доказать им бесперспективность финансовых и внешнеполитических инвестиций в хаос в регионе. Невозможно подавить все вооруженные группы, но можно доказать им бесперспективность совместных действий с экстремистами и радикалами, подпитываемых глобальными игроками. Это не есть решение проблемы, но это есть единственная реальная предпосылка к ее решению.
        Имела ли политика России и ее действия изъяны? Несомненно. Однако, мир еще не видел прецедентов конфликта, подобного сирийскому по масштабу вовлеченности сил и стран. Следует отметить, что в той или иной степени в данном конфликте участвует 92 страны мира, это больше чем половина существующих на планете государств и больше, чем принимало участие в Первой и Второй мировых войнах. Сирийский узел превратился в глобальный узел не потому, что регион имеет столь высокую значимость с точки зрения экономики или наличия проекта «катарской газовой трубы», которого никто и никогда в глаза не видел, а кроме курдской верхушки, проглотившей его как наживку, да российских экспертов-конспирологов еще и не слышал.           Сирийский кризис есть следствие взаимодействия политики многих государств, политики в которой первое место занимают не конкретные экономические выгоды, а сложнейшее сплетение прошлых действий, их последствий и амбиций, замешанное на провале нескольких базовых американских проектах и связанных с этим изменений на весах международных отношений.
    Можно ли вообще оценивать тезис о «катарской трубе в Европу» как адекватный, если в сирийском конфликте замешаны интересы больше половины стран земного шара? Не есть ли это крайнее и нарочитое упрощение сложнейших проблем под зонтиком конспирологии в стиле Бондианы? Так ли нужна эта газовая труба Израилю или Саудовской Аравии, Турции или ОАЭ Иордании и Кувейту? Считал ли кто-то вообще реальную стоимость и реальную окупаемость этого абсолютно гротескного проекта при том, что тот же Катар осуществляет глобальные инвестиции в рынок СПГ, а его основным покупателем является растущий чудовищными темпами газовый рынок Китая.
    На этом фоне заявления интернет-комментаторов о том, что Россия пришла в Сирию «позвенеть мечами», показать как у нас быстро летают самолеты и насколько стала мощной армия верны лишь отчасти. Это имеет важный побочный положительный эффект, но не является целью. Также как  не является целью выкашивание с неба всех представителей сирийских НВФ, о чем так яростно спорят в интернете. Нас не приглашали выкашивать. Русская весна обнажила в нашем обществе страшную потребность понажимать на красную кнопку, показать, что мы сильнее всех, быстрее, точнее, страшнее, но в этом ли состоит цель Русского мира и нужен ли кому-то на Ближнем Востоке «друг», который придет «косить»? Или таким «другом» (США) все уже на Ближнем Востоке сыты по горло?
    Цель и задача России не «выкашивать», а показать, что договора о дружбе и взаимопомощи с ней стоят дорого. Что ее помощь, является помощью, а не упоительной демонстрацией силы, ради самой силы. Победа в Алеппо это победа не только технологий, это победа отечественной военной мысли, а также победа дипломатии, которым удалось заставить адекватную оппозицию задуматься о перспективах будущего, превратить врагов в союзников (Турция), а внешние силы считаться с сирийским государством и его президентом как с неизбежной данностью.
   Глобальная цель России в Сирии – научиться малыми силами, используя «эффект рычага», научиться менять внешнеполитическую картину мира.
      При ВВП равном в 3,5% от мирового – 50 самолетов и ограниченная войсковая группа сумели поставить в зависимость всю международную дипломатию и серьезные экономические процессы. При этом, ко всеобщему удивлению,  не повторив афганского сценария прошлых лет. Это означает, что, не смотря на небольшой ВВП, не смотря на многие проблемы, Россия принимает и будет принимать не только участие, но и руководство процессах мирового распределения труда, капитала и ресурсов.
    Но одной силы мало. Для этого нужны партнеры. Запад несколько столетий старался не допустить Ближний Восток до реального роста. Но этот важный регион рано или поздно преодолеет западные барьеры. И, преодолев их, он не будет ощущать Россию свои врагом, как не ощущает и сегодня, чтобы не пытались петь транснациональные игроки и их СМИ.
    Для этого надо стараться уметь признавать, ценить и уважительно относится к интересам разных игроков. Идти на компромиссы, понимать исторические особенности. В начале пути у России из союзников был только Иран, с которым еще предстояло построить отношения, добиться уровня доверия. Больше на стороне России и Сирии не было никого. Сегодня глобальные игроки отодвинуты от региона, конфликт переходит на региональный уровень, а союзниками становятся Турция и Египет.
    В этом году сирийский кризис приобретет новое измерение, поскольку битва с глобализмом и за сирийскую легитимность завершилась, а вот битва за территориальную целостность страны и, главное, за новую конституцию и новую форму власти в стране, битва за согласие, только начинается. Если она завершится успешно, то нас ждет следующий этап возвращения на Ближний Восток.
         
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic
    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 2 comments