nikolaevskiy78 (nikolaevskiy78) wrote,
nikolaevskiy78
nikolaevskiy78

Пара слов про "институты"

Периодически возникают вопросы, суть которых сводится к тому, а что собственно Автор имеет ввиду под термином "институционализм". Действительно, Автор использует термин, который не является "новоделом", однако вкладывает в него иное значение, чем его создатели.

Создатели институционализма в его исходном варианте видели под "институтами" устойчивые формы коллективной (общественной) самоорганизации. А эти формы крайне разнообразны - от абстрактного "государства", до норм поведения субкультуры веганов и т.п. Появление "институционалистов" было предопределено развитием экономической мысли - политической экономией, которая рассматривает экономику как развитие производительных сил и производственных отношений, рассматривает это развитие в диалектической взаимосвязи. Рано или поздно из "политэкономов" выделились - "экономы", которые стали изучать "экономического человека", т.е. человека как функциональную единицу, которая в действиях зависит от соотношения: "затраты"-"стоимость"-"доход"-"выгода"; и выделились "политики" - которые утверждали, что на потребительское и производственное поведение, на действия как собственников, так и наемных рабочих оказывает непосредственное влияние среда - нормы общественного поведения и общественные институты. К примеру, традиции, традиционное право.

Каждый из исследователей был по-своему прав, он развивал отдельно взятый "кусок" вопроса и "раскапывал" его. Две эти ветви науки в какой-то мере соперничают и по сей день. Одни ушли либо в описательную индивидуальную или социальную психологию, психологические модели управления спросом и предложением (тут развитие биржевых механизмов давало шикарный простор для умозаключений), либо в поиск оптимальных форм административных, регулирующих аспектов экономики, либо в чистый "экономикс" - где все, что не поддается жестким моделям "цена"-"выпуск"-"спрос"-"потребление" просто отбрасывается в сторону как несущественное. Кстати, наша любимая "либералами" модель "свободного рынка" как раз относится к такой вот абстракции.
Так вот то, что Автор понимает под институционализмом, не имеет отношение к вышеперечисленным течениям. Институционализм - это общественный строй, основными признаками которого является разделение общества на три класса - класса наемных рабочих, класса собственников средств производства и класса собственников регулирующих административных институтов - экстерриториальных и независимых от системы конкретного государства.

Практически на наших глазах происходило выделение этих "регулирующих институтов" из "общественных международных объединений" - от ЕОУС в ЕС, от "фондов помощи" к "МВФ", ЕЦБ, ЕБРР, МБРР. ФРС это вообще отдельная "песня в песне". Мир, в котором спрос и предложение перемещаются в развитии от национальных рынков к транснациональным, от ограничений к снятию ограничений, где рынки ресурсов, труда и капитала стали достоянием практически любого оператора, был вынужден формировать транснациональные регуляторы. Их появление - неизбежность.

Особенностью нашего времени является то, что, с одной стороны, денационализация труда, сырья, производства и капитала была вызвана заложенным в природе капиталистического способа производства требованием к росту прибавочной стоимости, которое в свое время определялась разделением стоимости денег и разделением стоимости готовой продукции. Норма прибыли, заложенная в стоимость выпуска денег в обращение должна была иметь положительную динамику относительно нормы прибыли в товарной сфере. Именно такая "закладка" внутри экономической системы неизбежно требовала экстенсивного освоения рынков. Капитализм постепенно приобретал монопольные формы, затем империалистические формы, а те в свою очередь формы транснациональные. Грубо говоря, условная Ост-Индская компания в текущих условиях должна была бы стать ТНК, а ТНК? Создание транснациональных корпораций было объективно, но также объективно и то, что ТНК требовались единые правила относительно выпуска денег (кредита), единые правила работы с государственными структурами, единые правила конкуренции и т.д. Сегодня мир подошел к той стадии, когда дальнейшая экстенсификация получения дополнительной стоимости подходит к концу - фактически уже виден предел по ресурсам, по потреблению, по логистике товаров и услуг. Т.е. в этих условиях уровень "наднациональной институционализации" должен возрастать, а сами институты предлагать адекватные меры по отношению к игрокам.

Однако мы наблюдаем следующее: собственники ТНК постепенно сливаются с формируемыми институтами, используя их для распределения добавленной стоимости в свою пользу. Результат этого заметен - 1% владеет 50% национального богатства в мире, на фоне кризиса возрастает доход 1% и снижается доход остальных. В условиях близкого к нулевому роста мировой экономики это означает, что "собственники регулирующих институтов" начали изымать уже не только "доход", а залезли уже собственно в стоимость товаров и услуг, по факту - в чужую собственность. Кризис, который неизбежно должен разродиться при таком откровенно хищническом способе хозяйствования, ощущается уже многими экономистами.

Мы являемся непосредственными свидетелями трансформации капиталистической общественной формации в формацию институциональную. В этой формации норма прибыли, норма кредитного процента, нормы оценки стоимости должны быть подчинены наднациональным регуляторам, системе представительских институтов, где каждая национальная экономика обладает некоторым весом, долей представительства интересов, в соответствии с которой добавленная стоимость распределяется обратно в национальную экономику от общего мирового результата. В отличие от «невидимой» руки рынка (которая на самом деле вполне видимая) в данном случае речь идет о механизмах, которые должны вырабатываться на основе консенсуса многих сторон. Речь идет о единых правилах и нормах в отношении как класса наемных рабочих, так и класса собственников.

Проблема заключается в том, что для полноценного функционирования данной модели необходимо разделение наднациональных институтов и национальных экономик, а представительство и нормотворчество избавлены от лоббизма и жульничества, склонения норм в пользу конкретных лиц. Однако такой подход крайне некомфортен для тех групп, которые привыкли к моделям с преимущественным выигрышем. Представим себе, что ВТО работает так как положено – тогда нет норм для «политико-экономических санкций», нет способов для дискриминации ряда национальных экономик. МВФ в таком случае не может произвольно реструктуризировать долги Украине (к примеру), Ирану не смогут влепить санкции по «хотению» некоторых господ, заморозить активы его нельзя и т.д. Более того, Ирану придется дать положенное место в представительстве в этих институтах.

С одной стороны бизнес и общество в мире понимают, что правила должны стать едиными, транспарентными, инклюзивными и консенсуальными, а с другой группы ряда национальных экономик хотят любым путем поставить эти институты и правила на службу собственному обогащению.

Если институты не заработают – мировую экономическую систему ждет жесточайший кризис. Часть элит понимает это (см., к примеру, тезисы последнего «Римского клуба»), другая часть яростно этому сопротивляется. В этой ситуации национальным элитам, не удовлетворенными своей «долей» в институциональном представительстве, шулерством в правилах, ничего не остается как максимально отмежевываться от этих институтов, мешать им, создавать альтернативные площадки («многополярный мир») и т.д. Либо мы – национальные элиты, получаем положенную долю в представительстве, либо мы будем блокировать работу институтов. Как сказал классик: «Чтобы как следует объединиться, надо сначала как следует размежеваться» - именно этот процесс мы и наблюдаем. Другое дело, что сроки для таких качелей все сокращаются и сокращаются.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic
    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 17 comments